До завтра
Автор: МОСКВИЧЁВ ВАДИМ СЕРГЕЕВИЧ / MOSKVICHEV VADIM SERGEEVICH

Основная часть:

Первое моё воспоминание после пробуждения было – Где я?

Боль по всему телу раздавалась как звон колокола, настолько сильно болела голова, что я едва ли мог думать о чём-либо, кроме того, где я и кто я. Единственное на что мне хватило сил, это открыть глаза, чтобы осмотреться и понять, где я нахожусь и что происходит вокруг. Передо мной пристала больничная палата, но что-то в ней было не так, толи стены были покрашены не обычно, толи сама палата выглядела настолько чисто и опрятно, что её вполне легко можно спутать с элитным номером отеля. Воздух, вдыхаемый мной, казался таким чистым, что на секунду у меня проскользнула мысль о том, что я нахожусь посреди поляны окружённой лесом в весеннюю пору. Немного погодя, в эту комнату вошёл человек. Кое-как переведя на незнакомца взгляд, я, сощурившись, подметил, что, вопреки странным предчувствиям, это обычный врач, коих полным-полно в городских лечебницах и госпиталях. Вот только один момент не давал мне покоя – незнакомец выглядел довольно уставшим. Синяки под глазами, бледность, казалось он совсем не выходит на улицу, возникало даже ощущение, что незнакомец просто офисный работник, одержимый своим компьютером, нежели врач элитной поликлиники.

Человек не спеша подошёл к моей койке, держа в руках какой-то не ясный мне прибор. Глаза его, кажется, направлены в пол, и он очень тихо бормочет что-то про палату и недели… Приблизившись ко мне он застыл, замолчал, кажется еще сильнее побледнел, от изумления даже выронил непонятный прибор с рук. Наконец, уловив его взгляд, за мгновение до падения устройства, я прочитал бурную смесь удивления, паники, неверия, казалось, врач увидел оживший труп, но ещё одно мгновение спустя была замечена искра, проблеск счастья и радости у него на лице, после чего издался небольшой грохот от падения, которого хватило что бы я снова потерял сознание.

Глядя в пустоту, предо мной проскакивали мои последние воспоминания, где мы с братом играем в снежки холодным, воскресным, январским днём, и я, попав ему прямо за капюшон зимнего пуховика, сразу же залившись громким смехом, повалился на спину, мечтательно и неподдельно радостно взирая в светлое небо. Ничего странного, нам ведь всего-то по 17 лет, но от чего-то кажется, что прошла целая вечность. Следующее что я вспомнил, как из дома вышел наш отец. Явно не тая злобы, он принялся нас отчитывать за то, что мы своим смехом и визгами не даём ему отдохнуть в его единственный выходной. На крики отца сразу выбежала наша мама, она сразу начала его успокаивать и просить сбавить тон, но отец словно её не замечая продолжал кричать на нас. После, видимо устав от уговоров и угроз матери, грозно посмотрев на нас, отец не спеша пошёл обратно в дом, а за ним и уставшая мама. Так и не досмотрев сон до конца, я очнулся в той же самой палате.

«Странно», - подумал я. – «Головной боли нет.»

Мне не составило труда открыть глаза, однако тело казалось таким тяжёлым и неподъёмным, словно к каждой его части прикованы громадные кандалы. Пошевелить рукой не вышло, встать, уж подавно. Заметив рядом с собой того самого врача, что, прикрыв глаза, по-видимому дремал, я прибегнул вновь к попытке рассмотреть его. Врач, пока не имеющий для меня имени, спал, сидя на диване, находившемся в углу моей палаты. Незнакомец определенно являлся мужчиной средних лет, на вид приблизительно 30, его длинные, собранные в пучок волосы тёмного цвета поблескивали редкими седыми прядями, на лице проскакивала щетина.

- Доктор? - я негромко окликнул его.

Моего, отчего-то, еле слышимого голоса, хватило для моментального пробуждения мужчины, что в ту же секунду, без каких-либо лишних действий оказался рядом с моей койкой.

- Уильям? Уильям Коллинз! Это вы! Ответьте, как вы себя чувствуете! Уильям! Уи...- Врач, смотря на меня с облегчением, постоянно звал меня по имени в надежде получить от меня какую-либо реакцию, но в голове я прокручивал только два вопроса.

- Где я? Что произошло? - после моих слов, у врача потекли слёзы по щекам.

- Слава богу, Уильям, вы очнулись! - радостно промолвил он, - Я пока не могу сказать, где вы находитесь, пока-что вам будет трудно это воспринять… Ой, простите, Уильям, мне нужно сделать детальный осмотр ваших жизненных показателей!

Доктор вышел из моей палаты, умчавшись куда-то вправо, а я решил осмотреть детальней помещение. И только подумав, как бы, пересилив себя, подняться, изголовье койки, как по волшебству, сразу начало подниматься.

«Ничего себе… Разве у нас где-то было такое медицинское оборудование? Вау…» - Жили мы не сказать, что бедно, но и денег на лечение в такой дорогостоящей больнице у нас точно быть не могло. Вопросов в моей голове возникало всё больше, а ответов в свою очередь не прибавлялось.

Койка поднялась до удобного мне угла. Теперь помещение выглядело не как больничная палата, хотя чем-то её напоминала. В углу был тот самый диванчик, он выглядел довольно компактно и удобно, по правую сторону от меня находилась невысокая столешница, а также обыкновенная тумбочка древесного цвета, на которой стояла белая ваза с, казалось, только сорванными белыми лилиями. Стены были покрашены в нежно белый цвет, который отдавал лёгкой желтизной. Осматривая стены, я заметил ту странность при первом пробуждении, в палате совсем не было окон. Но почему? Эта больница выглядит очень дорого, но при этом не имеет окон... Тогда почему воздух в помещении такой свежий? Большое количество вопросов не давало мне покоя.

Немного поразмыслив о происходящим, в палату вернулся доктор. Он держал тот самый не понятный мне прибор, с которым я его увидел в самый первый раз. Неспешно подходя ко мне и смотря в своё устройство, врач явно хотел мне что-то озвучить:

- У меня для вас есть две новости, одна хорошая, другая плохая. С какой можем начать?

Не успев обдумать его слова, я слабым голосом пробормотал.

- Для начала, где я, доктор?

- Ох, я смотрю вы не торопитесь узнавать о происходящим с вами. - неловко посмеявшись, врач уселся на диванчик в углу палаты и, положив тонкое устройство на колени, уселся поудобней, явно готовясь к долгому диалогу.

- Меня зовут Стивен Морис, но зовите меня пожалуйста просто Стив. - Стив выглядел чем-то обеспокоенным. - Уильям... простите, можно я вас буду называть просто Уил? - я попробовал одобряюще кивнуть, но секундой позже понял, что тело меня вовсе не слушается. Всех моих сил хватало лишь на хлипкие слова, которые не всегда удавалось договорить внятно.

После неловкой паузы Стив заговорил:

- Так вот... Уил, позволь начать с самого начала. Твой случай очень и очень редкий, можешь считать его фантастическим, даже для нашего времени.

Слегка задумавшись, я пробормотал вопрос:

- Нашего… времени?.. - новый вопрос подвиг меня на вывод, что я впал в кому, но на сколько?

- Ах да, Уил, добро пожаловать в 2113 год! - Фальшиво улыбнувшись, с долей сарказма, произнёс Стив.

После этих слов меня хватил мандраж. В голове всё перемешалось. Как такое произошло? Что случилось? В голове я кричал, ведь для меня, обычного 17-ти летнего подростка, вся эта ситуация казалось совершенно абсурдной, то, во что даже верилось с большим трудом.

От большого потока мыслей голова начала неистово болеть. Я зажмурил глаза, в надежде на то, что боль утихнет, но бурный поток мыслей не переставал терзать мой разум. Мой рассудок помутнел, и я снова потерял сознание. На сей раз мне снился странный сон, только весомое отличие от предыдущего было в том, что теперь я наблюдал за всем со стороны. Картинки мелькали обрывисто, было сложно что-то понять. Я видел нас с братом стоящих опустивши голову вниз, словно провинившись. Затем разбитую старинную вазу, которую отец купил маме на годовщину свадьбы.  После, красное, орущее от гнева лицо самого отца, и маму, которая явно была не довольна его поведением. Собрав пазл воедино, стало ясно что это мы с братом разбили вазу, которой родители так сильно дорожили, отец как обычно принялся нас отчитывать, а мама прикрывать.

Мне вздумалось, что это обычная ситуация, до момента, пока не увидел следующую картину: мама лежала на полу схватившись за грудь, а отец панически держал телефон, кому-то звоня. Мгновение спустя я осознал, у мамы случился сердечный приступ. Следующая картина – мы ехали в машине скорой помощи, я держал маму за руку. Дальше, мы сидим у входа в операционную, ждем результаты. Помню заплаканные лица отца и брата. Они узнали результаты операции. После же мои воспоминания обрываются и сквозь непроглядную тьму я слышу встревоженный голос Стива.

-Уильям! Уил!

Открыв глаза, я увидел встревоженное лицо Стива. Он с облегчением выдохнул и, подойдя к столешнице, невесомо провел рукой, в то же мгновение из неё выдвинулась небольшая полочка. По началу я слегка удивился, но тут же пришло осознание того, что сейчас уже далёкое будущее в сравнение с тем временем, в котором я жил.

Взяв некую непонятную мне вещь, отдалённо напоминающую шприц, но без самой иглы, Стив подошёл ко мне. Он аккуратно взял мою руку, перевернул ладонью вверх и, слегка замешкав, приставил этот шприц к моему запястью, после нажал на верхний его конец.

- Не переживай. Это сыворотка состоит из необходимых питательных веществ для функционирования организма. Можешь считать, что ты только что поел.

В действительности Стив не соврал. После инъекции мне стало куда легче, но несмотря на это облегчение, тело оставалось неподвижным. Я подметил, что не ощущаю даже прикосновений, как и чувство голода и жажды. Как я вообще до этого дня дожил?

- Так что со мной? - я спросил Стива. Врач же опустил голову и жалостливым голосом, озвучил мой диагноз.

- Ты впал в летаргический сон… примерно 102 года назад. По всей видимости, сильное эмоциональное потрясение спровоцировало его возникновение. Ты случайно не помнишь последние моменты своей жизни до падения в сон?

По моей щеке покатилась маленькая слеза и я тихим голосом сказал:

- Мама...

Стив сразу понял, что могло произойти, он сел на край моей койки и негромким тоном произнёс:

- Мне жаль, Уил...

Мы просидели в полной тишине около полутора минуты, пока Стив не сказал мне:

- Есть ещё одна новость. Не знаю, как ты её воспримешь, но ты имеешь право знать. -Стив, перебирая пальцами посмотрел на меня отчаянным взглядом и сказал. - К сожалению, Уил, тебе не долго осталось. Понимаешь, человечество нашло лекарство от многих болезней, таких как рак, вич, болезнь Альцгеймера, бешенство и куча других заболеваний разного рода поддались упорству человека, но в шаге от победы над старением... человечество почти пало.

Стив взял своё устройство и повернул экраном в мою сторону. На нём была включена фронтальная камера, что сразу навело меня на мысль что это оказался сенсорный тачпад, только кажется более современный. Глядя через экран на себя, я не мог поверить своим глазам. На вид я был тем же 17-летним парнишей, на лице ничего не поменялось, все те же веснушки, усеянные с носа до щёк, всё тот же нос с горбинкой на переносице, те же пышные брови и короткие ресницы, но изменения были заметны не вооружённым глазом. Волосы на моей голове очень сильно посидели и ослабли, было такое чувство что если на них подует ветер, то они мигом разлетятся.

- Видишь? - опечаленно спросил Стив, смотря на мои глаза бегающее по экрану тачпада. - К сожалению, в твоём состоянии долго не прожить. Летаргический сон замораживает все жизненные процессы организма, даже старение. Теперь после твоего пробуждения, организм начнёт навёрстывать упущенные годы. Раньше были такие случаи схожие с твоим, но большинство просыпались в возрасте от 50 до 70-ти лет, а после старея на глазах, доживали отведённое им время. Поскольку ты проспал свыше ста лет, с каждым часом ты всё ближе и ближе к неминуемому.

Его слова звучали как фантастический рассказ, по правде говоря, поначалу мне даже с трудом верилось в его слова, но смотря на экран тачпада, стали заметны лёгкие морщины на моём лбу. Как мне хотелось бы в это не верить, но результат был ни лицо. Горькое осознание того, что, сколько не думай, сколько не верь и отрицай, моего положения этого не изменит, единственное что оставалось — это смириться и принять мою ситуацию. Все мои родные и близкие уже давно умерли и единственное что у меня осталось, эта больничная палата, которая станет мне конечной остановкой.

Положив устройство на столешницу, Стив, отвернувшись, протёр газа рукавом халата. Мне стало тошно, смотря на него, ведь за всё время пребывания здесь, я не видел никого кроме него. Сложилось такое мнение, что он тут совершенно один.

- Стив. - Пробормотал я слабым голоском.

Врач тут же повернулся и было заметно как его глаза блестят от малых слёз.

- Почему ты сказал, что человечество пало? - Невнятно спросил я

- Это долгая история, Уил. - Сказал он усевший на тот самый малый диванчик в углу. -Давай начнём с того, где мы сейчас находимся. Это место называется “Новая жизнь”, это считай большой жилой комплекс, построенный на марсе. Он был основан ещё за долго до моего рождения. Конкретно мы с тобой находимся в нервно хирургическом отделении, или же в правом крыле. Левое крыло было предназначено исключительно для сна и досуга, а в нашем, по мимо больничного отделения, есть спортивное помещение, научно-исследовательское, лаборатория, а также ботанический сад.

Невероятно, если верить рассказу Стива, то я сейчас лежу в марсианской больнице будущего, клянусь, раньше подумал бы что это бред, но не знаю от чего я всецело ему верю.

Стив, оперев локти на колени, свесив голову вниз, сказал:

- К сожалению, левое крыло было уничтожено, в соединительном коридоре между двумя крыльями произошла разгерметизация. Я единственный остался в правом крыле допоздна, и решил лечь спать в одной из палат. Меня разбудил шум аварийной сирены, и я побежал к переходу. Когда я прибыл, то заметил, что он был закрыт аварийной системой и я решил проверить запасной коридор, который тоже был заперт. Это означало, что левое крыло, было полностью заполнено пагубной атмосферой планеты.

На секунду мне стало не по себе. Я на миг представил то, что тогда испытывал Стив. Столько потеряв, он до сих пор остаётся в здравом рассудке и выполняет возложенные на него обязанности. Мне стало его жаль и с этим, пришло восхищение к этому человеку.

- Стив, ты молодец. - сказал я еле слышным голосом.

Он поднял голову смотря на меня блестящими глазами, слегка улыбнувшись, одобряюще кивнув головой и сказал:

- Спасибо, дружище, ты тоже.

Только я начал задумываться о том, что могло произойти с нашей родной планетой, Стив, словно поняв моё любопытство, продолжил:

- Тебе наверняка стало интересно, почему мы находимся на другой планете? Дело в том, что на данный промежуток времени, Земля находиться в плачевном состоянии. Всё началось с научного прорыва великого учёного медика, чьё имя я тебе пока назвать не могу. Он разработал своего рода “панацею”, вещество способное излечить практически любой недуг, заживить почти все раны, делая человека по сути своей почти бессмертным, но был у его лекарства один недостаток – оно вызывало очень сильное привыкание. Этот человек объявил всему миру о своих научных достижениях и заявил о разработке нового препарата от всех болезней, под названием “Рассвет”. Как ни странно, крупные державы сразу заинтересовались его работой и готовы были пойти на всё что бы получить первый образец. Большую часть денег, учёный тайно инвестировал в, на то время, свежий проект под названием “Новая жизнь”, параллельно развивая “Рассвет”, но в шаге до его завершения, неожиданно объявил, что не собирается более его продолжать. Страны, спонсирующие разработку препарата, были не в восторге от заявления учёного и одна из них выкрала формулу тестового образца, в след чему, прознав о краже, страны, финансирующие проект, начали подозревать друг друга. Приблизительно, около 10 лет, с 2040 по 2050 годы, наступило затишье перед бурей. Напряжение между странами росло с каждым днём, пока не проскочила информация о том, что выкравшая страна завершила препарат учёного, и в мире прогремела война. Долгих 8 лет люди жили в страхе, численность населения планеты упало вдвое, наступил всемирный голод и некоторые города стали пустовать. Последней каплей, стало скрытое объявление страны-похитителя о наступлении их армии с целью объединения человечества в одну сверхдержаву. Не в силах что-либо предпринять, из каждого уголка мира можно было лицезреть ядерный звездопад, ознаменовавшим «начало конца».

Рассказ Стива пробрал меня до мурашек. Мне не хотелось верить, что в погоне за бессмертием человечество сгубило себя, собственными руками, но, опять же, причин для недоверия у меня не оставалось.

- Пока что – это всё. - сказал Стив, опираясь на подлокотники кресла что бы встать. - Время уже позднее, нужно выспаться. - сделав глубокий зевок, произнёс он.

Моё любопытство поутихло, только оставался последний вопрос:

- Кто он? - прошептал я

-Кто он?.. - Удивлённо переспросил мой собеседник.

Пару секунд погодя Стив ответил.

- Я понял, ты хочешь знать, как звали учёного, разработавшего лже-панацею? Прости Уил, пока я не могу тебе сказать его имя. - Спокойной ночи, Уил. - С теплотой произнёс Стив, выходя из палаты.

Минутой позже свет погас и раздумывая над сегодняшним рассказом, сон постепенно окутывал меня своей манящей пеленой.

Всю следующую неделю Стив приходил в мою палату, колол мне лекарства, от которых, по всей видимости, я и не ощущал своего тела, также питательные вещества, которые, по его словам, нужны для поддержания мозговой активности, а после он рассказывал мне какие-то детали из своей жизни, я же в свою очередь старался по возможности ему отвечать и задавать вопросы.

Как оказалось, Стив всю жизнь провёл на этой станции, все свои 38 лет он отдал на познание медицины и других не менее важный наук, таких как: история, астрономия, география и психология. Его воспитал отец, который был в команде заселения станции в 2055 году, он же и заложил ему любовь к знаниям и рвение развиваться. Мать он не помнит, так как она скончалась сразу после родов, но отец ему рассказывал о том, что она была строгой женщиной со своими порядками, имела докторскую степень и говорила на семи языках, пусть даже не зная её, казалось он всё равно ею гордиться. Так же я узнал, что по мимо меня в больничном отделении лежат ещё 3 человека, которые добровольно подверглись крио-термальной заморозке организма, по причине неизлечимых, на то время, болезней.

Спустя ещё 3 недели, после утренней процедуры у нас завязался разговор. Он как обычно сел на диван в уголке и неожиданно для меня спросил:

- Помнишь, месяц назад ты спрашивал о имени того учёного, разрабатывавшего лекарство? Так вот, его звали Дэвид Коллинз, на сколько мне известно, твой родной брат. Как говорил мне отец, он начал поиск “Панацеи” лишь ради своего спящего брата и конкретно он попросил взять тебя вместе с первой группой заселения, в надежде что ты всё-таки проснёшься.

На моих щеках накатились слёзы. Мысли вновь спутались

«Мой брат, пытаясь излечит меня, поспособствовал гибели человечества?»

Вопрос прокручивался у меня в голове словно виниловая пластинка. Я мог смириться с тем, что время моей жизни подходит к концу, с тем, что я проспал целый век, но с “благим делом” брата... нет…

Рассудок снова помутнел, казалось, что мозг хотел остановить мои раздумья, но тем не менее слова Стива продолжали крутиться в моей голове. Неистовая боль вновь начала эхом отдаваться, словно тротиловый заряд готовый в любое время детонировать. Зажмурив глаза не в силах этого терпеть, уж был готов поверить в то, что пришёл мой конец, я услышал голос Стива.

- Всё в порядке, Уил. - Успокаивающе произнёс он, сев на край моей койки.

- Я верю, что твой брат не со зла искал лекарство, он не хотел такого плачевного исхода, ему лишь хотелось вновь услышать голос своего родного брата. Люди сами, имея в руках возможность жить в мире, выбрали такую участь.

Его слова мигом привели меня в чувства.

«Верно, он лишь изобрёл препарат, но, к сожалению, право им располагаться досталось не ему.»

Головная боль утихла и пришло ощущение успокоения, что сразу затянуло меня в сон.

Проходили дни, с того момента, как Стив поведал мне о брате. Он всё так же продолжал приходить ко мне каждый день и рассказывать о различных деталях. Он говорил, что его отец и мой брат тесно сотрудничали, отец Стива всячески поддерживал его в научных исследованиях, а тот, в свою очередь, передавал свои знания в области нейронауки и фармацевтики. Как выяснилось, именно они создали сыворотку, основанную на питательных веществах, с целью замены капельниц и более эффективного использования для парализованных пациентов, но не смотря на регулярный уход и принимаемые препараты, что я, что Стив осознавали, что моего времени практически не оставалось. Я вовсе перестал как-либо говорить и на вид, был похож на сморщенного старца.

Сегодня Стив мне поведал, что один из других пациентов пошел на поправку. Он рассказал, что это была женщина на 10 лет его младше, у неё была тяжёлая форма сердечно сосудистого заболевания ИДС, из-за чего её и отправили на станцию. По её словам, проблем в лечении возникнуть не должно и уже спустя 3 месяца она сможет пройти курс реабилитации.

Под конец дня, после приёма препаратов, Стив как обычно усевшись в углу начал говорить:

- Знаешь, Уил. Я по истине благодарен тебе. Последние мои 5 лет проведённые здесь состояли лишь из цикличных графиков работы, занятий и исследований. Я долгое время не имел возможности с кем-то поговорить и коротал дни в одиночестве. - секундой позже он продолжил, - Спасибо тебе, Уил. Спасибо за то, что всё это время был со мной. Мне действительно будет тебя нахватать.

Он прикрыл лицо рукой, но всё же было заметно как его слёзы, словно малый дождь, капали с щёк на пол.

Из последних сил что оставались в моем теле я слегка улыбнулся, дряхлой улыбкой и сказал.

- И тебе, Стив.

Он не сказал ни слова, лишь улыбнулся, протирая белым рукавом врачебного халата, красное от слёз лицо, и только перед самым выходом из палаты сказал:

- До завтра.

Задействованные источники:

Для написания данной работой, мной были изучены научные статьи двух специалистов:

Баско М.В. (Психотерапевт, психиатр, детский психиатр)

Полуэктов М.Г. (кандидат медицинских наук, доцент кафедры нервных болезней и нейрохирургии)

Некоторые детали касательно Летаргического сна, в рассказе, были переделаны автором. Само по себе — это действительно недуг практически полностью замораживающий функционал организма, вводящий человека в некое состояние анабиоза, только большинства случаев этого заболевания оказывались в дальнейшем летальными, человек просто умирал во сне.

Бывали и случаи пробуждения и, действительно, на внешний вид люди были как до проявления болезни, но спустя год старели до определённого возраста.

Колонизация марса, уже не такое уж и далёкое будущее. На данный момент в интернет-источниках, уже есть много вариаций колонизации этой планеты. Автор лишь предоставил одну из, по его мнению, возможных.